Исаак Дунаевский (полное имя Дунаевский Исаак Осипович, Иосифович) (18/30 января 1900, город Локвица Полтавской области - умер 25 июля 1955, Москва), композитор. Всего он написал музыку к 28 фильмам.
И сейчас он по праву считается классиком советской песни.
Главная
Исаак Дунаевский
Статьи
Оперетты
Балеты
Песни
Музыка к фильмам
Портреты
Гостевая книга
Ноты
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Дунаевский сегодня
И.Дунаевский, Л.Райнль. Почтовый роман
Исаак Дунаевский. Когда душа горит творчеством.... Письма к Раисе Рыськиной
Как погубили Исаака Дунаевского
Пиcьма И.О.Дунаевского к Л.Г.Вытчиковой

страница 16

    * * *

      С "Золотой долиной" все по-старому. Пьеса пишется в Ленинграде, музыка стоит на месте в Москве. Задумывается опера на либретто Михалкова из современной жизни. Либретто пока плохое, и над ним предстоит много работы. Задумывается симфоническая поэмы "Девушка и смерть". Предстоит работа над фильмом "Иван Грозный"58. А сейчас ни черта не делаю. Занимаюсь только политич<еским> просвещением. Здоровье - так себе. Видимо, возраст есть возраст и приходится прощаться с привычкой всегда себя хорошо чувствовать.

      Я очень горячо приветствую Вас, нежно целую и желаю Вам самого лучшего и радостного.

        Ваш И.Д.

        Днепропетровск, 16 мая 1953 г.

        Дорогая Рая! Вы конечно, сами догадаетесь, почему я в Днепропетровске. Пишу Вам отсюда, чувствуя свою большую вину перед Вами за долгое молчание. После Харькова и Ростова, откуда я вернулся в Москву 30-го апреля, я в Москве пробыл до 10-го мая, и эти дни оказались настолько загруженными всякими неотложными и запущенными делами, что я совершенно не смог Вам написать.

      <...> Я очень рад предстоящему Вашему путешествию. Оно всегда воспринимается Вами восторженно, наполняет Вас большими впечатлениями и переживаниями. А это уже хорошо. По Кавказу Вам, конечно, будет труднее, чем в Крыму. Но зато и природа стоит этих трудностей. Попутно, чтобы не забыть, сообщаю Вам адрес Серафимы Константиновны Куропаткиной: Хоста, Шоссейная, 4. Это - по шоссе над парком около санатория Мин<истерства> путей сообщения. Куропаткина сделает для Вас все, что Вам нужно будет. Скажите только, что я Вас к ней направил.

      Мои дела складываются так: с "Золотой долиной" до сих пор тянется мура с пьесой. Никак мой соавтор не сладит со всеми моими требованиями. Пьеса, в сущности, закончена, но она получилась мало веселой, и даже те персонажи, которые должны нести с собой веселое и смешное, получились весьма скучными.

      "Иван Грозный" приказал долго жить. Картина эта, как и некоторые другие историч<еские> фильмы, заказанные "до" (!)... сняты с производства59. Я лично очень рад, так как приходилось погружаться в такую музык<альную> старину и изучать такую старинную дрянь, что на душе становилось каламутно.

      Летом буду, вероятно, в Рузе и приступлю серьезно к работе над оперой.

      Возможно, что до Рузы побываю в Ленинграде, так как мой разозленный соавтор наотрез отказался больше приезжать в Москву.

      Здесь концерты проходят хорошо. Отсюда я поеду в Кривой Рог, а 23-го буду в Москве.

      Очень нежно и сердечно приветствую Вас и целую. Желаю Вам всего, всего самого лучшего.

        Искренне Ваш И.Д.

      А туристскую песню все же писать не буду. Вообще песни надоели до черта! Но, вероятно, придется еще много их писать.

        И.Д.

        Старая Руза, 25 июня 1953 г.

        Дорогая Рая! Мне очень хочется поспеть обменяться письмами с Вами до Вашего отъезда в путешествие по крутизнам и теснинам Кавказа. Я не писал Вам до сих пор, так как с 9-го июня пребываю в несколько непривычном для меня положении больного. И не сама болезнь мешала мне писать Вам, а настроение угнетенности, причины которой постараюсь Вам возможно понятнее объяснить.

      Вы знаете, что мне 53 года. Вы не так давно были свидетельницей проявления крепости моего здоровья (концерты), силы моего темперамента и солидности моих нервов ("ленинградское утро" Дунаевского). Все это было возможно потому, что, несмотря на далеко не атлетический свой внешний вид, я обладал тем, что называется "добрым здоровьем". Претерпев в детстве полагающиеся детству болезни, я с юношеских лет чувствую себя здоровым. Более того, с годами жизни уходили от меня даже те болезни, которые у меня были. Так, в 12 лет (или около этого), живя в Харькове в сырой комнате, по стенам которой струились